Политический капитал в России: оценки граждан 

,

Проблема взаимоотношений “граждане-власть” всегда остается актуальной, особенно она интересна в переходных государствах, таких как Россия, которые продолжают свое движение к демократии и находятся в поисках своего пути. В преддверии президентских выборов анализ особенностей политического капитала в России особо интересен, тем более с опорой на оценки самих российских граждан. К сожалению, это понятие редко можно встретить в отечественных исследованиях, поэтому хотелось бы понять возможности его применения для анализа российской действительности. 

В современных государствах политика воспринимается как рынок [1], где политики (носители власти) – продавцы, которые предлагают свои программы, а избиратели – пассивные потребители, которые “инвестируют” свой голос во время выборов, то есть они обладают определенным видом капитала – политическим, который могут реализовать. Обычные граждане лишены свободного времени и ресурсов для активного участия в политике, поэтому они делегируют свое право на власть лидерам партий во время голосования, предоставляя им неограниченный “кредит” доверия и признания, что также можно назвать политическим капиталом, но уже по отношению к власти, а не гражданину. Обладая политическим капиталом, политик способен к мобилизации коллективных действий, трактовке и, более того, конструированию интересов групп.

Господство, следуя теории М.Вебера, является дорогой с двусторонним движением – политики ожидают подчинения и поддержки, а общество ожидает соответствия действий государства своим предпочтениям.  Поэтому возникает вопрос: могут ли граждане реально влиять на действия своего представителя после выборов? Ричард Френч считает [2], что в процессе делегирования власти не происходит отчуждения граждан, а создаются условия взаимной зависимости представителя и представляемых – взаимное суждение (judgment). Политики формируют политический курс исходя из представления о том, чего хотят граждане, поэтому политический капитал во многом определяется мнением избирателей (о самом политике, о партии, о государстве в целом) в тот или иной промежуток времени. Помимо выражения своего мнения граждане могут также требовать от своего представителя отчет.

Для подтверждения указанного выше суждения необходимо условие – свободное (или частично свободное) информационное пространство в стране и каналы коммуникации «граждане-власть». В настоящее время всего 13% мира довольствуются свободным доступом  к информации, по оценкам Freedom House [3], в то время как 45% значительно ограничены. Даже в развитых западных странах происходит усиление контроля государства над СМИ, казалось бы, свободные страны США и Великобритания теряют свои позиции и сейчас находятся на 43 и 40 местах Всемирного рейтинга свободы прессы [4]. Россия занимает 148 место, что, по сути подтверждает по сути полный контроль государства над информационным пространством – преследование оппозиционных блогеров и открытая пропаганда на телеканалах (Freedom House также относит РФ к странам с несвободной прессой – 83 пункта из 100).

Эти данные подтверждаются и ощущениями самих россиян. 56% указывают на наличие цензуры в российском информационном пространстве, а 60% высказывается за необходимость плюрализма мнений по общественно-политической тематике [5]. Стоит отметить, что наиболее авторитетным источником информации для россиян по-прежнему является телевидение (57%), причем три четверти из них доверяют телепередачам центральных каналов, находящихся под государственным контролем [6]. В итоге можно отметить, что условия для открытого взаимодействия и информационного обмена «граждане-власть» в России далеко не на высоком уровне.

Граждане России и политический капитал

Политический капитал можно оценивать в трех измерениях: индивид (гражданин), общество, власть (политик/институт/режим)

Политический капитал гражданина – это способность влиять на процесс принятия решений и публичную политику на местном уровне [7]. Для его оценки можно разделить данное понятие на несколько составляющих. Во-первых, знание (о правах, законах, институтах, СМИ и т.д.) – всего 14% россиян читали Конституцию РФ, а 68% имеют лишь общие представления о ней [8], значимую роль для документа определяют всего 35% опрошенных. Для сравнения, в США Конституцию считают самым важным документом 86%, а читали текст 42% [9]. Это еще раз подтверждает тот факт, что для российских граждан в большой степени характерен «правовой нигилизм», даже в отношении основного закона страны. Стоит отметить, что интерес к политике проявляет 66% россиян, в то время как принимать в ней участие готовы всего 18%.

Во-вторых, очень важны установки (психологические и политические – о законном праве влияния на правительства, об обязательной ответственности правительства перед гражданами) – эти составляющие можно отнести к особенностям политической культуры. Россияне пессимистично оценивают свою способность влиять на процесс принятия решений в стране, всего 12% высказываются положительно. Уровень ответственности/подотчетности власти перед гражданами в России также остается низким.

На величину политического капитала гражданина также влияет размер дистанции по отношению к власти. Здесь стоит отметить, что в России исторически существовала большая дистанция «власть-граждане», что сохраняется до сих пор. Большая часть населения (66%) предпочитает решать все вопросы самостоятельно, не прибегая к помощи властей, поскольку это может быть долго и «затратно». Продуктивными отношения с государственными органами оценивают лишь 7% граждан [10]. Для оценки дистанции власти можно использовать индекс дистанции власти [11], который показывает влияние социокультурных особенностей страны на отношения «граждане-власть». Россия относится к числу стран с высоким индексом (93), что означает большую дистанцию, жесткую иерархию и авторитарный стиль правления. Именно высокая дистанция приводит в появлению коррупции, как способу быстрее и эффективнее преодолеть бюрократические преграды.

Таким образом, анализируя оценки самих россиян, можно сделать вывод о том, что политический капитал российских граждан находится на низком уровне. Основные причины: «правовой нигилизм», нежелание принимать участие в политике, низкие оценки своего влияния на процесс принятия решений в стране и своих прав требовать отчет у власти, а также большая дистанция «граждане-власть».

Кому доверяют россияне?

На уровне общества интересен подход Дж.Буза и П.Ричард [12], которые считают политический капитал связующей нитью между социальным капиталом (участие в деятельности организаций, общественные связи, доверие и удовлетворенность жизнью) и политической системой, то есть политический капитал является механизмом передачи требований граждан правительству, ограничивая тем самым всевластие режима. Другими словами, чем выше уровень участия граждан в деятельности организаций и интенсивней общественные связи, тем больше политический капитал общества.

По оценкам Гражданского форума ЕС – Россия [13], гражданский сектор в нашей стране слаб и разделен. С одной стороны хорошие условия для развития социальных организаций, с другой – ограничение прав, гонения на экологические группы и низкий уровень доверия в самом обществе.

Стоит начать с того, что всего 11% россиян готовы принять на себя ответственность за то, что происходит в стране, показатели на местном уровне больше: за ситуацию в своем дворе чувствуют ответственность 40% [14]. Это одна из причин того, что гражданское общество в стране слабое и фрагментированное.

Доверять окружающим, по разным оценкам, готовы лишь 20-30% населения [15], причем это в большинстве своем москвичи, а также более обеспеченные и образованные граждане. Больше всего недоверие характерно для людей с низким уровнем дохода и группы старше 80 лет. Стоит отметить, что недоверие также выражается по отношению к оппозиционным кандидатам во время выборов, например, во время подписной кампании летом 2016 года граждане наотрез отказывались открывать дверь и давать свои паспортные данные, поскольку по федеральным каналам раздавались призывы никому не сообщать свои данные во избежание мошенничества.

Доля россиян, имеющих опыт непосредственной работы в некоммерческих организациях и общественных движениях составляет около 5%, включая тех, кто имеет «опыт участия в политике» [16]. Из политических движений стоит выделить наиболее многочисленное «За честные выборы» 2011-2012 годов, которое в настоящее время практически сошло на нет.

На местном уровне активистов больше – около 30%, особенно по вопросам жилищно-коммунального управления и капремонта (движение в Ангарске, Архангельске и т.д.), защиты окружающей среды (Иркутск в защиту Байкала, Химки в защиту Химкинского леса и т.д.) и за сохранение историко-культурного наследия (Санкт-Петербург против строительства «Охта-центра» и т.д.).

Важнейшее значение для оценки социального капитала имеют некоммерческие организации – так называемый «третий сектор». В развитых странах доля граждан, участвующих в добровольческой деятельности составляет около 30%. На октябрь 2017 года на территории России зарегистрировано 223 170 [17] некоммерческих организаций, после принятия закона «об иностранных агентах» их число сокращается, а доверие начало стремительно падать. Интересно то, что около 77% российских граждан готовы объединяться с другими для совместных действий следуя общим интересам, однако, всего 28% фактически участвует в деятельности хотя бы одной НКО [18].

Социальные НКО (около 40%) активно поддерживаются правительством (Фондом президентских грантов, например), в то время как деятельность правозащитных (около 24%), особенно с иностранной поддержкой, и экологических, значительно ограничивается. В итоге деятельность общественных организаций сталкивается с пассивностью самих граждан, ограничениями со стороны государства, а также недостатком финансирования из-за отсутствия культуры участия граждан (всего 34% делают пожертвования [19]) и крупного бизнеса (около 70%, в развитых странах около 90% [20]) в благотворительности и ухода иностранных инвесторов.  Стоит отметить, что благотворительным организациям доверяет всего 34% граждан, в то время как, например, Церкви и религиозным организациям доверяют 48% [21]. Это говорит о том, что в нашем обществе люди скорее пойдут в церковь чем обратятся в благотворительные организации за помощью.

Таким образом, вовлеченность россиян в гражданские структуры уровень доверия и ответственности также оценивается не высоко, хотя власти активно поддерживают некоммерческий сектор, особенно в социальной сфере.

Политические «вкусы»

Каналы участия граждан в управлении и политические предпочтения являются связующим звеном между гражданским обществом и властью.

Около половины граждан выступают за единую государственную идеологию (48%), при этом доминируют «левые» взгляды (51%) и поддерживается режим «твердой руки» [22]. Здесь интересно то, что не смотря на приверженность преимущественно социалистическим взглядам, голосование на выборах показывает низкую поддержку “левых” партий – 13,3% КПРФ и 6,2% “Справедливая Россия”. При этом правящая партия, проповедующая либеральный консерватизм (правоцентризм), насчитывает около 2 073 772 членов и получила 54,2% (28,5 млн.) голосов на последних федеральных выборах в Государственную Думу 2016 года при явке 47,8% (самая низкая за всю историю страны). Очевидно, что существующие партии не отражают политические предпочтения россиян, поэтому граждане продолжают молчаливо соглашаться на сохранение административной роли партии “Единая Россия” (рейтинг поддержки на октябрь 2017 г. составляет 52% [23]).

Протестная активность российских граждан невысока. На акцию в защиту своих прав готовы выйти лишь 14% граждан, в то время как 82% не видят в этом смысла. По мнению президента Центра стратегических коммуникаций Дмитрия Абзалова, в настоящее время люди могут использовать другие формы выражения недовольства – «прямая линия с президентом, «зеленая папка» и прямой контроль глав субъектов» [24].

Гражданское общество в России пока находится на стадии формирования, оно фрагментировано, поэтому россияне не хотят (или не могут) сформулировать свое «суждение», свой посыл к власти. Малочисленный гражданский некоммерческий сектор пока не может стать площадкой для диалога «граждане-власть».

Третье измерение политического капитала – власть (политики/институты/режим в целом). Здесь основным параметром является доверие/недоверие и одобрение/неодобрение граждан по отношению к власти. По мнению части россиян, основным приоритетом действующего режима является сохранение и укрепление своего господства, а никак не процветание страны. Образ власти среди россиян составляют основные ее качества: криминальность, коррупционность (31%); бюрократичность (26%); законность (23%); отдаленность от народа (23%), прочность (19%), авторитетность (11%) [25].

Касаемо власти нам интересны два показателя: доверие (по отношению к конкретным политикам) и одобрение (по отношению к органам власти). Итак, самым популярным политиком в стране является президент В.В.Путин, которому доверяют 50% граждан [26], при этом деятельность института президентства одобряет около 83% [27] (пик был достигнут в июне 2015 года – 89%). На втором месте после Путина стоит С.К.Шойгу, которому доверяет 15%, соответственно, можно предположить, что в Правительстве наиболее популярным является оборонное ведомство (российской армии доверяет 69%, второе место после Президента [28]). Деятельность Правительства одобряет 52%, в то время как глава Правительства (Д.А.Медведев) скорее вызывает неодобрение у граждан – 52%.

Стоит отметить, что 81% россиян полагает, что власть совершенно не руководствуется интересами рядовых граждан: «ей нужны только голоса и налоги», «она не ответственна и не подконтрольна гражданам», «сама определяет интересы людей», «люди сами виноваты в том, что не могут отстаивать свои интересы» [29].

Таким образом, в России политический капитал слаб во всех трех измерениях. На уровне индивида мы видим нежелание самих граждан участвовать в управлении страной и отсутствие каналов связи с властью. На уровне общества мы видим слабый гражданский некоммерческий сектор ввиду его немногочисленности и фрагментарности, неспособности сформулировать и выразить интересы и требования граждан. На уровне власти политический режим противоречив: наблюдается высокая поддержка деятельности президента страны, основанная на его сильной личности и харизме, при этом в целом граждане не поддерживают режим и считают, что он не отвечает их интересам. В итоге применение понятия «политический капитал» к анализу российской действительности «обнажает» проблемы общества внутри страны.

Очевидно, что в стране с очень развитыми демократическими традициями, со зрелыми гражданскими и политическими институтами, развитой гражданской политической культурой и высоким уровнем экономической стабильности, политический капитал общества будет весьма высоким, а власть будет подотчетна общественному мнению (при этом политический капитал власти будет иметь противоречивый характер ввиду борьбы символического капитала власти и свободных СМИ).

Библиография:

[1] Бурдье П., Политическое представление // Социология социального пространства / Пер. с франц.; отв. ред. пер. Н.А. Шматко. – М.: Институт экспериментальной социологии; СПб. : Алетейя, 2007. – 288 с.

[2] Richard D. French (2011) POLITICAL CAPITAL // Representation, Volume 47, Issue 2, pp. 215-230.

[3] Freedom of the Press 2017. Press Freedom’s Dark Horizon. April, 2017.тевысокая на низком 28% россиян ь  идеологиие люди скорее пойдут в церковь чем обратятся в благотворительные организации за помо

[4] Индекс свободы прессы «Репортеры без границ» 2017.

[5] Общественное мнение – 2016. М.: Левада-Центр, 2017 – 272 с. / 16. СМИ. Стр. 147.тевысокая на низком 28% россиян ь  идеологиие люди скорее пойдут в церковь чем обратятся в благотворительные организации за помо

[6] ВЦИОМ. Пресс-выпуск № 3284. Медиапотребление сегодня: пять основных фактов. МОСКВА, 13 января 2017 г.

[7] Schugurensky D. Citizenship learning and democratic engagement: political capital revisited / Conference Proceedings of Annual Adult Education Research Conference, 2000. pp.417-422.

[8] Инициативный всероссийский опрос ВЦИОМ от 30 ноября-1 декабря 2013г.

[9] J. Rodgers, Americans Lacking in Knowledge of the Constitution, September 16, 2010.

[10] Общественное мнение – 2016. М.: Левада-Центр, 2017 – 272 с. / 16.  тевысокая на низком 28% россиян ь  идеологиие люди скорее пойдут в церковь чем обратятся в благотворительные организации за помо

[11] Наумов А. Хофстидово измерение России (влияние национальной культуры на управление бизнесом) // Менеджмент. 1996. No 3.

[12] Booth J.A., Richard P.B. (2009) Untangling social capital in Latin American democracies.

[13] Report on the State of Civil society in the EU and Russia. EU-Russia Civil Society, 2016

[14] Общественное мнение – 2016. М.: Левада-Центр, 2017 – 272 с. Граждане и власть.

[15] Интервью доктора социологических наук Л.Паутовой проекту «Россия будущего: 2017 → 2035» – «Доверие как фактор общественной жизни». 06.06.2017.

[16] М.Мейер, доклад «Будущее России: институты гражданского общества. Добровольчество как фактор развития современной России», 17.07.2017.

[17] Официальный сайт Министерства юстиции Российской Федерации, раздел «О деятельности некоммерческих организаций»

[18] Мерсиянова И.В.. Волонтерство и участие россиян в деятельности НКО и гражданских инициатив». Москва, 2017 год.

[19] Левада-Центр, опрос «Благотворительность и помощь», 14.08.2017.

[20] Центр Сулакшина (Центр научной политической мысли и идеологии), Бизнес и благотворительность // URL: http://rusrand.ru/analytics/biznes-i-blagotvoritelnost, 26.10.17.

[21] Левада-Центр. Институциональное доверие. 26.10.17.

[22] Общественное мнение – 2016. М.: Левада-Центр, 2017 – 272 с. Партии.

[23] ВЦИОМ. Рейтинг политических партий //  URL:https://wciom.ru/news/ratings/doverie_politikam/, 26.10.17.

[24] Левада-Центр. Россияне не верят в протесты //  URL:https://www.levada.ru/2017/09/28/rossiyane-ne-veryat-v-protesty/, 26.10.17.

[25] Общественное мнение – 2016. М.: Левада-Центр, 2017 – 272 с. Граждане и власть.

[26] ВЦИОМ. Доверие политикам. 26.10.17.

[27] Левада-Центр. Одобрение органов власти. 26.10.17.

[28]Левада-Центр. Институциональное доверие // URL:https://www.levada.ru/2017/10/12/institutsionalnoe-doverie-3/, 26.10.17.

[29] Общественное мнение – 2016. М.: Левада-Центр, 2017 – 272 с. Граждане и власть.

Александра Малахова, магистрант ФГУ МГУ,
специально для Образовательного проекта по политологии
 PolitIQ

Все новости