Рост прекариата – символ кризиса на мировом рынке труда

,

XX век прошёл – и вместе с ним прошло время привычной нам трудовой модели, которой были присущи сильные и активные профсоюзы, защита трудовых прав, надёжные инструменты социального страхования и пр. В условиях невероятно интенсивной конкуренции рынок труда претерпевает фундаментальные изменения, сказывающиеся на его структуре. Одним из результатов таких изменений стало стремительное обнищание широких слоёв населения, рост неравенства и потеря рабочими стабильных перспектив карьерного роста. Эти рабочие постоянно пополняют ряды нового потенциально опасного класса – прекариата – лишённого любых социальных гарантий и возможностей стабильного трудоустройства.

По-настоящему переломным моментом в мировой истории считаются 70-90-ые гг. XX века. Целая серия экономических кризисов разного масштаба (зерновой кризис 1972-1973, нефтяные кризисы 1973, 1974 и 1975 гг., финансовый кризис 80-ых гг. и пр.) привела к пересмотру традиционной для того времени модели «государства всеобщего благоденствия», на смену которой пришла неолиберальная экономическая политика. С тех пор глобализация неолиберального типа доминировала на международной арене, спровоцировав развитие сразу трёх процессов, радикально изменивших структуру мирового рынка труда:

  1. Массовая миграция, поощряемая как бизнесом, так и властями развитых стран,
  2. Устранение экономических барьеров, регулировавших конкуренцию на государственном уровне, и, как следствие, отчаянный поиск путей сокращения производственных издержек конкурирующими компаниями,
  3. Разрушение модели «социального государства».

Соединяясь, все эти процессы вынуждают компании сокращать расходы за счёт трудовых ресурсов, поскольку все остальные варианты оптимизации расходов (внедрение инноваций, повышение стоимости продукции, привлечение государственных субсидий) доступны в куда меньшей степени.

Какие тренды на мировом рынке труда позволяют им столь безболезненно прибегать к такому способу сокращения издержек?

Пожалуй, одной из самых главных тенденций последних десятилетий является нелегальная миграция низкоквалифицированных рабочих из развивающихся стран. Тысячи мигрантов ежегодно пересекают европейские и американские границы, образуют закрытые общины и включаются в производство низкосортной продукции. Находясь в государстве нелегально, мигранты старательно избегают контактов с его представителями и не платят налоги, параллельно наводняя рынки дешёвой продукцией по крайне привлекательным ценам. В результате местные предприятия начинают терять прибыль из-за обострившейся конкуренции, тогда как местные жители сталкиваются с трудностями при трудоустройстве, поскольку работодатели вынуждены предлагать им меньшую заработную плату, а работники – на неё соглашаться в условиях напряжённой конкуренции с дешёвым незастрахованным трудом мигрантов.

Ещё одна тенденция – «повышение гибкости рынка труда». За этим эвфемизмом скрывается практически синхронная адаптация количества штатных сотрудников к объёмам производства конкретного предприятия. Другими словами, работодатели постоянно сокращают или увеличивают штат в зависимости от рыночных колебаний. Более того, компании стремятся максимально сократить штат постоянных сотрудников с целью экономии зарплатного фонда. Делается это либо за счёт внедрения «проектной работы», предполагающей привлечение временных работников для выполнения определённого «заказа», либо за счёт аутсорсинга, радикально снижающего расходы на трудоустройство и социальные гарантии.

Другая не менее серьёзная проблема – старение населения развитых стран. Классические государственные пенсионные фонды больше не справляются с нагрузкой, поскольку с каждым годом на каждого пенсионера приходится всё меньше активного трудоспособного населения, тогда как частные пенсионные и инвестиционные фонды ради извлечения сверхприбыли серьёзно рискуют средствами своих клиентов (что и показал кризис 2008 года). Всё это вынуждает пенсионеров оставаться на рынке труда даже после достижения пенсионного возраста. Работодатели рассматривают таких сотрудников как более опытных, надёжных, лояльных и менее амбициозных, благодаря чему пенсионеры зачастую становятся привлекательной альтернативой найму молодого специалиста.

Наконец, технологический прогресс и внедрение современных технологий также не оставляют шансов на лёгкое трудоустройство современным рабочим, поскольку многие задачи и процессы автоматизируются, высвобождая дополнительную рабочую силу.

Все эти тенденции приводят к формированию нового класса – прекариата, – отличительными особенностями которого являются отсутствие карьерных перспектив, социальных гарантий и механизмов отстаивания собственных интересов.

Впервые это определение использовал Пьер Бурдьё для описания незащищённых категорий населения (мигрантов, женщин, студентов и пр.). Он полагал, что неолиберальная государственная политика вынуждает их соглашаться на непривлекательные условия трудоустройства, а также разрушает ощущение «внутриклассовой» солидарности, что связано с различным происхождением прекаризованных масс. По этой же причине прекариат утратил классовую идентичность и потерял возможность организованной защиты своих прав.

Одной из самых известных работ, посвящённых проблемам прекариата, является исследование Гая Стендинга «Прекариат: новый опасный класс», в котором автор подробно описывает новую социальную структуру современного общества и процессы, приведшие к её формированию. Согласно Стендингу, мир делится на несколько классов:

  • Маргинальные, крайне бедные меньшинства;
  • Прекариат;
  • Старый пролетариат (члены профсоюзов, имеющие стабильные рабочие места);
  • Салариат (высококвалифицированные специалисты);
  • Элиты

Пролетариат и салариат пользуются всеми социальными гарантиями и услугами государства, имеют достаточно высокий социальный статус и возможность карьерного роста, однако стремление элит извлечь максимальную прибыль вкупе с действием рыночных сил подтачивает даже их положение. В результате мир столкнулся с небывалым ростом неравенства и прекариата, причём те, кто в силу тех или иных обстоятельств однажды пополняют ряды прекариата, практически не имеют шансов на восстановление своего статуса.

Подтверждением перечисленных выше тенденций на рынке труда служат статистические данные, свидетельствующие о росте прекариата. Так, в Германии 8 млн. человек (18% всей рабочей силы) считаются работниками с нестабильной занятостью; в Нидерландах и Франции таких работников ещё больше – по 25% от общего количества рабочих в каждой стране; в Великобритании их 15%, в Японии – 40%, Южной Корее – 40-50%, а в США от 20% до 40% всех рабочих мест считаются «временными» или «нестандартными».

В России размер прекариата в среднем оценивается в 27-50% всего работоспособного населения страны. Ситуация в нашей стране отличается от общемировой, что связано с исторически сформировавшейся особенностью функционирования рынка труда. Так, уровень неравенства в России считается одним из самых больших, а рыночные колебания влияют не на фактическую занятость населения и уровень безработицы, а на размер заработной платы. Другими словами, российские работодатели предпочитают сокращению персонала уменьшение заработных плат при малейшем ухудшении общей экономической ситуации в стране.

Общий обзор последних тенденций на рынке труда позволяет прийти к выводу о значительном усилении конкуренции, провоцирующей социальную нестабильность, обнищание населения и рост неравенства. Привычные модели социального выравнивания больше не работают, поскольку существующие системы не справляются с новыми вызовами и ростом количества пенсионеров. Государства должны серьёзно озаботиться разработкой новых программ перераспределения богатств и совершенствованием законодательства, чтобы новые поколения могли без страха перед неопределённостью входить на рынок труда и находить достойные рабочие места с соответствующей их таланту и квалификации зарплатой.

Библиография:

  1. Вершинина И.А., Маркеева А.В. Трансформация рынка труда глобальных городов и ее социальные последствия // Теория и практика общественного развития. 2015. №14. С.27-32
  2. Вострокнутов Е.В., Найденова Л.И., Осипова Н.В. Появление прекариата – новая тенденция к изменению социальной структуры общества (обзор результатов исследований современных социологов) // Сервис в России и за рубежом. 2016. №9 (70). С.88-97
  3. Гасюкова Е.Н. Прекаризация: концептуальные основания, факторы и оценки // Контуры глобальных трансформаций: политика, экономика, право. 2015. №6 (44). С.28-46
  4. Гимпельсон В., Капелюшникова Р., Рощина С., Российский рынок труда: тенденции, институты, структурные изменения / Доклад Центра трудовых исследований и Лаборатории исследований рынка труда НИУ ВШЭ. – М.: Центр стратегических разработок, 2017. – 148 с.
  5. Ергин Д. Добыча: Всемирная история борьбы за нефть, деньги и власть / Дэниел Ергин; Пер. с англ. – М.: Альпина Паблишер, 2012. – 944 с.: ил.
  6. Коуз Р., Ван Н. Как Китай стал капиталистическим / Пер. с англ. М.: Новое издательство, 2016. – 386 с. – (Библиотека свободы)
  7. Лукина Н.П. Новые тенденции в социальной структуре информационного общества в контексте теории прекариата Гая Стэндинга // Гуманитарная информатика. 2015. №9. С.24-38
  8. Панов А.М. Проявления неустойчивой занятости в странах мира // Экономика труда. 2016. №2. С.199-210
  9. Стендинг Г., Прекариат: новый опасный класс. – М.: Ад Маргинем Пресс, 2014. – 328 с.
  10. Тощенко Ж.Т. Новое явление в социальной структуре общества – прекариат // Вестник Тюменского государственного университета. Социально-экономические и правовые исследования. 2015. №3 (3). С.6-22
  11. “The Rice Crisis: Markets, Policies and Food Security” (2010), edited by David Dawe, published by the Food and Agriculture Organization of the United Nations and Earthscan, London: MPG Books

Даниил Перлов, студент 3-го курса факультета политологии МГУ,
специально для Образовательного проекта по политологии PolitIQ

 

Все новости