Иерусалимская инициатива: к чему приведет активность Турции в палестинском вопросе?

,

6 декабря США официально признали Иерусалим столицей государства Израиль. Данное решение привело к эскалации палестинской проблемы. Такое развитие событий может привести к изменению баланса сил в данном вопросе. Актуальным в этой связи является рассмотрение последствий трансформации и роль Турции в этом процессе. 

Анкара выступает за реализацию формулы «два народа — два государства», возвращение к status quo до Шестидневной войны 1967 г. Но тактически её политика в регионе стала носить более динамичный характер. 

До 2002 года Турция не вмешивалась в конфликт, ограничиваясь высказыванием своей позиции. Но после прихода к власти Партии справедливости и развития правительство начало активно вовлекаться в этот вопрос. С этого момента активно оказывается гуманитарная помощь Палестине. Изменению тактики способствовали кризис «one minute» 2009 г. и инцидент с кораблем «Mavi Marmara» в 2010 г. Эти события привели к охлаждению отношений с Израилем. После этого Турция содействовала вступлению Палестины в ООН. Поддержку народу Палестины высказывал министр иностранных дел (2009-2014) и премьер-министр (2014-2016) Турции А.Давутоглу. 

Но после решения США Анкара стала главным локомотивом, выступающим на стороне Рамаллы. 13 декабря в Стамбуле прошло чрезвычайное заседание Организации исламской конференции, где была согласована общая позиция членов ОИК по Иерусалиму. 18 декабря США наложили вето на резолюцию, отказывающую признавать Иерусалим столицей Израиля. Но 21 декабря в ГА ООН была принята резолюция под авторством Турции и Судана, признающую действия США нелегальными. 25 декабря Эрдоган заявил, что он прилагает все усилия для проведения переговоров с Д. Трампом. 

Изменение интенсивности поддержки Палестины имеет несколько причин. Во-первых, Турция укрепила свои позиции на международной арене. Это проявляется как в имидже государства, так и в принятии этих усилий другими мусульманскими политиями. Во-вторых, изменились приоритеты внешней политики. Основная ставка делается на восточное направление. Это позволяет Анкаре позиционировать себя в качестве «защитника ислама», заполняя свободную, с точки зрения турецкого руководства, нишу. 

На основании выше обозначенных причин можно говорить о готовности Турции к представлению новых проектов и влиянию на важные для себя повестки, но замороженные западными государствами. Эрдоган берет инициативу на себя в вопросах, эффективность решения которых ставится под сомнение международным сообществом. Анкара показывает, что она не похожа на старых акторов и является альтернативной силой, имеющей поддержку сочувствующих государств. Именно возможность предложить новые решения обеспечивает серьезность намерений Турции. 

Эскалация арабо-израильского конфликта накладывается на усиление борьбы на Ближнем Востоке. Это отражается в изменении сетей контактов между государствами. Появляются новые коалиции, меняется динамика двухсторонних отношений. На примере Турции мы видим, что трансформация протекает под уменьшением влияния Запада, в частности — США. Анкара не просто не согласует свою позицию со своим союзником, а выступает с прямо противоположной позицией, активно защищая её.  

В таких условиях создаются новые коалиции. С этой точки зрения интересна «телефонная» дипломатия Эрдогана. После решения США признать Иерусалим столицей Израиля президент Турции провел телефонные переговоры с 15 лидерами. Стоит отметить разговоры с президентом Франции Э. Макроном, эмиром Катара Т. Аль Тани, королем Саудовской Аравии Салманом, президентом России В. Путиным, президентом Ирана Х. Рухани, лидером Азербайджана И. Алиевым, главой ПНА М. Аббасом, премьер-министром Великобритании Т. Мэй 

Но в тоже время появляются линии раскола. Доказательством этого является твит министра иностранных дел ОАЭ Абдуллы бен Зайеда от 19 декабря. Политик назвал османского генерала Фахреддина-пашу «вором». Офицер вошел в историю тем, что руководил успешной обороной Медины в годы Первой Мировой войны. По сути, такой ответ показывает отсутствие единства у арабов касательно активности Анкары. Второй важный момент — существование альтернативных целей и вариантов у арабских государств. Это просматривается в возможном объединении некоторых членов ЛАГ с Израилем против Ирана, с которым Турция сотрудничает.  

Решение руководства США по Иерусалиму повлияло на видение ситуации Турцией. Эрдоган, активизировав дипломатическую работу, формирует взгляд на кризис выгодным для себя образом. Стремление Анкары искать новые способы удержания этой повестки позволяют говорить о возможном изменении баланса сил в регионе. В частности, важное значение имеет тот факт, что диверсификация протекает при участии России. Такой положительный опыт политического взаимодействия двух государств может способствовать сотрудничеству и по другим спорным вопросам. 

Мирильяс Агаев, магистрант факультета политологии ГАУГН,

специально для образовательного проекта по политологии PolitIQ

Все новости